Tulius
Администратор сайта
Автор сюжетов
Жеребьевка 07.11.2013, 13:02
Прошу команды сделать выбор:

  1. авантюрин
  2. агат
  3. аквамарин
  4. александрит
  5. аметист
  6. бирюза
  7. гранат
  8. жадеит
  9. иолит
  10. кварц
  11. коралл
  12. лазурит
  13. малахит
  14. обсидиан
  15. оникс
  16. опал
  17. танзанит
  18. топаз
  19. турмалин
  20. хризопраз
  21. чароит
  22. янтарь
  23. яшма
Наверх
07.11.2013, 13:02
Флеш Рояль
Re: Жеребьевка 07.11.2013, 13:03
Наша команда выбирает гранат.
... Опять рояль подкрался незаметно...
Наверх
07.11.2013, 13:03
Alter Ego
Re: Жеребьевка 07.11.2013, 13:03
Чароит
По всем вопросам можете оставлять письма в ЛС. Наши менеджеры свяжутся с Вами в течение суток. Наверное.
Наверх
07.11.2013, 13:03
Идентификация Бора
Re: Жеребьевка 07.11.2013, 13:04
Авантюрин
"Если идея не кажется безумной, от нее не будет никакого толку".
(с) Нильс Хенрик Давид Бор
Наверх
07.11.2013, 13:04
Против ветра
Re: Жеребьевка 07.11.2013, 13:04
Турмалин
 «Как трудоёмки наши развлеченья...»
Наверх
07.11.2013, 13:04
ИнСТОЛляция
Re: Жеребьевка 07.11.2013, 13:04
Жадеит
Ин тейбл пишем мы, но завтра ждет нас  "Букер"
Наверх
07.11.2013, 13:04
Tulius
Администратор сайта
Автор сюжетов
Re: Жеребьевка 07.11.2013, 13:20
Жеребьевка завершена.
Задания команды могут увидеть в своих комнатах.

А в этой теме ниже вы увидите все выбранные синопсисы без указания, какой команде, какой достался.
Наверх
07.11.2013, 13:20
Tulius
Администратор сайта
Автор сюжетов
Re: Жеребьевка 07.11.2013, 13:20
Наследие барона Франкенштейна
(название рабочее, можно использовать любое другое имя и титул в зависимости от страны)
Время действия: XIV–XVIII вв.
Место действия: Европа. Маленькая деревушка у подножья скалы, где возвышается замок барона Франкенштейна.
Жертва: Как таковой четкой жертвы нет. Есть многочисленные пропавшие без вести. Расследование событий. Предмет поиска — объект исследования ученого.
Виновный: Ну, кто-то из персонажей, вероятно, виновен в случившемся.
Описание:
Пока в Испании, Италии и Франции буйствовала инквизиция, в европейской глубинке жизнь шла по своим законам. Гонимые преследованием святой церкви ученые, алхимики и изобретатели искали убежища в глуши. Да и некоторые дворяне, чьи владения находились вдали от путей инквизиции, втайне предавались изучению запретных искусств. Черная магия, колдовство, дьявольские мессы, жертвоприношения, шабаши... Какие только слухи не рождала людская молва.
Барон Франкенштейн никогда не скрывал своих увлечений. Он считал себя ученым и, возможно, и правда был своего рода гением… если признать, что хотя бы половина слухов близка к истине.
В центре его земель у подножья скалы, на которой возвышался фамильный замок, расположилась маленькая деревенька. Вот уже несколько десятилетий здесь поселился ужас. Барон был жесток, скор на расправу и изобретателен в наказаниях. Изобретательность же его имела ужасающие масштабы.
Несколько раз он пытался сконструировать механические крылья. Трое крепостных разбились, сброшенные со скалы с закрепленными на руках и спине лопастями; четвертый же уже у самой земли вдруг обрел управление и с диким криком, полным ужаса, был унесен ветром за горизонт. Больше его не видели.
А барон тем временем не останавливался на достигнутом. Он приказывал доставлять в его лабораторию только что умерших людей и даже вскрывать могилы. Ходили слухи, что барон работает над формулой философского камня, изобретает эликсир бессмертия и хочет обрести контроль над мертвой плотью, чтобы его подданные даже после смерти продолжали служить ему. Говорили, что в замке ему прислуживают бездушные искусственно созданные существа — големы. А однажды на стенах замка вроде как видели парня, умершего два месяца назад. Он с тоской глядел вдаль, а потом удалился.
А недавно произошло самое загадочное в жизни барона событие. Он сам, все его слуги и все крепостные и даже те, кто находился в деревне проездом, внезапно исчезли. Это известие восприняли по разному: кто-то не поверил, кто-то перекрестился и начал с еще большим усердием молиться Богу, кто-то поспешил убраться подальше от проклятого места. Но нашлись и те, кто незамедлительно отправился в опустевшую деревню.
Так в один прекрасный день на деревенской площади собрались десять человек, желающих разобраться в происшедшем.

Персонажи:
1. Алхимик (маг)
2. Некромант
3. Авантюрист, желающий разбогатеть на секрете
4. Агент инквизиции
5. Приглашенный доктором родственник или старый друг.
6–10. Другие заинтересованные в поисках лица.
Наверх
07.11.2013, 13:20
Tulius
Администратор сайта
Автор сюжетов
Re: Жеребьевка 07.11.2013, 13:21

Два пути Ра


Новый учебный год в лицее начался как обычно: нарядные ученики с цветами и неискренними улыбками, напутственная речь директрисы Инны Марковны и знакомство с новым историком…
— Ну давай, Романов, ни пуха ни пера, — Алёна ободряюще улыбнулась.
— Сам не могу поверить, что вообще согласился на такое… ну какой из меня учитель? Это ты меня уболтала, чертовка.

...Роману Романову и в страшном сне не могло привидеться, что он работает учителем. Собственно, его нисколько не смущало как то, что от него ушла жена, так и то, что он остался без работы. Но вот все его друзья прямо-таки считали своим долгом наладить его жизнь, и Алёна с Пашкой не исключение. Алена работала преподавателем русского языка и литературы в лицее и это была её идея – пристроить Романова учителем. Романов же согласился на эту, по его мнению безнадёжную и даже пародийную авантюру, лишь по одной причине – Алёна ему нравилась…

— Давай-давай! И учти – 11»Б» самый тяжёлый класс. Ты уж сними помягче, Романов.
Романов состроил страдальческую мину и вошёл в класс.

Но помягче не получилось — у Романова произошёл конфликт с одним из учеников. Вообще, 11"Б" встретил его ожидаемо агрессивно — два десятка малолетних монстров, упырей и неучей с любопытством таращились на нового историка. Никто из них еще не знал Романова, но каждый из них, кажется,
уже люто его ненавидел. Что и попытался продемонстрировать Эдик Горевский — явный лидер класса. Романов не стал искать сложных путей и компромиссов, и попросту вышвырнул наглого подростка из кабинета. На следующий урок истории Горевский не явился. Ну ещё бы — его абсолютное лидерство и вседозволенность в классе были так подло пресечены каким-то козлом— преподом. В 17 лет такое не прощается. Романов даже не удивился бы, если тот подстерёг его со своими дружками после уроков, чтобы восстановить свой авторитет.
Зато второй урок истории на этой неделе в 11 «Б» прошёл гораздо спокойнее. Возможно как раз из-за отсутствия неформального лидера.

— Что там у нас по плану — древний Египет? Ну пусть будет Древний Египет.
Романов кивнул какой-то девчонке:
— Тебя как зовут? Девчонка встала и, испуганно моргая, ответила:
— Наташа... Плеханова Наташа...
— Очень хорошо, Наталья. На следующий урок подготовь доклад по 18-ой династии Нового царства древнего Египта. В интернете найдёшь.
Наташа покраснела:
— У меня нет интернета... В классе раздались смешки:
— У неё и компьютера нет.
— Тихо! — рявкнул Романов, потом снова переключился на ученицу , — И компьютера нет? Ладно,садись. Ты, — он кивнул на какого-то очкарика, — Как звать? Вижу, что у тебя компьютер имеется, верно?
— Белькевич... Роман. Имеется, — кивнул парень и поправил очки.
— Прекрасно. Задание ты слышал, тёзка. А сегодня я вам расскажу про богов, которым поклонялись древние египтяне. Про главного их бога — Ра. Существует одна легенда... — Романов немного помолчал.
— Когда-то, когда Ра ещё не был солнечным божеством египтян,когда он просто был богом — богом сильным и могущественным, он никак не мог
определиться со своей профессиональной направленностью, так сказать. Иными словами, он никак не мог решить, что же ему ближе — тёмная сторона или светлая? Ра умел быть жестоким, умел ненавидеть и убивать, как никто другой из богов. Но также он умел быть справедливым... и умел любить. Перед ним лежали два пути. Но выбрать, как вы понимаете, было непросто: ведь в каждой из сторон была своя прелесть...
Тут раздался звонок на перемену.
— Всё, бездельники, все свободны.

***
Прошло почти два месяца... Романов с удивлением отмечал, что ему нравится преподавательская деятельность. Нравится рассказывать юным неучам про политическое устройство древнего Китая, про Французскую революцию и великих фараонов Египта. В общем, Романов влился в коллектив преподавателей и снискал уважение у учеников. Даже непокорный 11"Б", от которого были в ужасе почти все учителя — даже эти монстры признали Романова, как учителя. Один лишь Горевский продолжал игнорировать его уроки. Поэтому поводу у Романова даже состоялся разговор с директрисой: она советовала
ему самому поговорить с проблемным учеником. Не орать, а именно поговорить. Спокойно — она сделала акцент именно на этом "спокойно". Что ж,поговорить, так поговорить — язык у Романова не отвалится.
— Вот что, мой юный друг, — Романов выцепил хмурого Эдика на перемене, — Нам обоим неприятно общение, но курс истории ты должен будешь
прослушать. Иначе, я тебя просто не аттестую. И да — это идея Инны Марковны.

В самом начале второй четверти произошло неприятное событие. Вера Семеновна, преподаватель биологии, свалилась с инфарктом и теперь пребывала в больнице. Причём, как сказала директриса, если даже она и выкарабкается, то вряд ли вернется к преподавательской работе. Поговаривали, что тут не обошлось без 11"Б". Романова это даже не удивляло. Директриса озаботилась поисками новой биологини, но выручила в итоге всех Алёна: она нашла какую-то молоденькую девчонку, только-только закончившую университет. "Бедная девочка", — сказал тогда Романов, — " Алена, ты хоть понимаешь, на что обрекаешь её? 11"Б" её с потрохами сожрёт."
Так в лицее появилась Юля. Юлия Сергеевна.

***
За школой маячили три силуэта.
— Короче, ты понял. Выбор за тобой. И чтоб не было, как в прошлый раз. Если принесёшь череп, про долг я забуду. Всё. Кабинет биологии тебе
в помощь.

***
На следующий день к Романову подошёл Славик Лебедев из11"Б" и, смущаясь, спросил:
— Роман Андреич... Помните, вы рассказывали нам легенду? Нуу... про Ра, про то, как он стал богом Солнца. Почему он сделал именно такой
выбор? Вы тогда так и не договорили...
— А сам-то ты как думаешь, Слав?
— Нуу... Я не знаю... — протянул парнишка, — может, его заставили?
— Хорошая версия, но ты подумай ещё.
— А вы тоже ведь... Ра...
— Почему это? — очень удивился Романов.
— Нуу... Так говорят, — Славик густо покраснел, — У вас и инициалы же... тоже.. РА.

***
— Романов, ты же у нас историк? — Алёна выглядела испуганной.
Романов пожал плечами:
— Ну, твоими стараниями — да. А что такое?
Алёна долго хмурилась, кусала губы, потом выдала:
— Слушай, что там про Ра известно, помимо того, что он бог Солнца у египтян и все такое?
Романов хмыкнул:
— Ты уже вторая, от кого я слышу про Ра сегодня. Почему спрашиваешь?
— Ты понимаешь... Мне смс-ка пришла странная... И подписана — РА.
Алёна достала свой мобильник и внимательно посмотрела на Романова:
— Да ты разве сам не видишь? Что в лицее творится...

***
— Так, бездельники, и чья же это была дурацкая шутка? Про Ра.
Романов медленно оглядел весь класс.
— В этот раз стукачество приветствуется...
Ребята молчали.
— Что ж, я все равно рано или поздно узнаю и "шутник" получит по полной.
Урок прошёл как-то вяло, а после звонка ученики угрюмо покинули класс. Задержалась только одна Наташа Плеханова.
— Роман Андреич... Я знаю про Ра. Только... Только про это нельзя говорить, — Наташа была явно чем-то напугана.
— Ну смелее, девочка, давай: решила сказать "А", говори и "Б"
— Знаете, что было написано на доске у Веры Семёновны в тот день? "РА выбрал путь"... А потом у неё случился инфаркт...
Тут дверь в кабинет открылась — Горевский.
— Роман Андреич... Там Инна Марковна вас просит, — процедил он, смотря почему-то на Плеханову.
Наташа побледнела и выскочила из класса, чуть не сбив Эдика с ног.

***
— Я вас вызывала? Нет, Горевский что-то напутал, — Инна Марковна снова уткнулась в журнал, а Романов, нахмурившись вышел из учительской. В коридоре было тихо — все уроки кончились. Вдруг Романов услышал какой-то всхлип. Дверь в кабинете биологии была приоткрыта и он заглянул. Юля сидела за столом, уткнувшись в ладони.
— Эй, что-то случилось?
Юля вздрогнула и испуганно посмотрела на Романова.
— Нет. Всё нормально. Идите, Роман Андреич.
Романов пожал плечами и вышел.

***
Вечером ему позвонила Алёна и сбивчиво сообщила, что Наташа Плеханова в реанимации. Она наелась каких-то таблеток, хорошо, что мать вовремя её нашла. Но состояние Плехановой очень тяжёлое — она до сих пор не пришла в сознание.
На следующий день в учительской только об этом и говорили. Инна Марковна предложила собрать денег на лечение — Наташина семья жила небогато.
А после третьего урока к Романову подошла Юлия Сергеевна — выглядела она плохо: осунувшаяся, уставшая, словно не спала ночь.
— Роман Андреич... Вы знали, что Наташа вела дневник?
— Нет, конечно — откуда? И почему ты меня об этом спрашиваешь, Юль?
— Мне кажется, она хотела вам его показать...
— Мне? Почему мне? И почему тогда не показала?
— Я не знаю, правда... Я лишь нашла несколько страниц. В женском туалете вчера... Я не знаю, сама ли она их вырвала, и где все остальное... Но.. мне кажется, что вы должны это прочесть. Если кто и поймёт, то только вы, — Юля протянула Романову пару смятых листочков, — там про РА... Про вас...

Персонажи:
Романов Роман Андреевич — новый учитель истории.
Алёна Игоревна — знакомая Романа, жена его друга. Именно она устроила его в лицей.
Инна Марковна — директор лицея
Юлия Сергеевна — новенькая, преподаватель биологии.
Эдик Горевский — ученик 11"Б"
Другие.
Все имена можно изменить
Наверх
07.11.2013, 13:21
Tulius
Администратор сайта
Автор сюжетов
Re: Жеребьевка 07.11.2013, 13:22
Кривое зеркало Сен-Жермена
(Рабочее название)

Действующие лица:

Жанна де Понкаре, маркиза Д’Юрфе — за 50 лет, поклонница графа Сен-Жермена. Имела маниакальную склонность к оккультизму, каббале и мистике в целом. Очень богатая поклонница. Неоднократно была замечена в обществе Казановы.

Джакомо Джироламо Казанова, шевалье де Сентгальт — молодой итальянец, около 25 лет, франт и щёголь, считающий графа Сен-Жермена своим соперником, "чёрным" графом.

Граф Сен-Жермен — мужчина возраста 35-55 лет, точнее сказать невозможно. авантюрист эпохи Просвещения, дипломат, путешественник, алхимик и оккультист. Хозяин дома чудес, как он сам его называл.

Жан Лерон Даламбер — чуть за 30 лет, ученый-энциклопедист. Математик, механик и философ. Свято верящий в научную картину мира.

Жанна-Антуанетта Пуассон, маркиза Де Помпадур — почти под 30 лет, а точнее слегка за 20, мы же говорим о даме. Фаворитка короля Людовика XV. Очаровательна и аристократична

Помощник графа Сен-Жермена — молодой юноша экзотической внешности.

Другие лица (по желанию команды)

Турнэ, дом графа Сен-Жермена
50-е годы 18 века


В гостиной царил осязаемый, бархатный полумрак. Тяжёлые тёмно-синие гардины плотно закрывали все окна, оставляя мир реальный, со всеми своими проблемами, за пределами этой таинственной комнаты. Многочисленные столы, тумбы, секретеры и комоды были заставлены странными графинами, пузырьками и сосудами. Где-то сосуды соединялись причудливыми трубками, образуя сложные многоуровневые конструкции, о назначении которых можно было только догадываться. В одной из колб, завораживающе меняя очертание, переливалось жидкое пламя. В другой бурлила чёрная жидкость, выпуская наружу ленту дыма. В третьей кружились хлопья какого-то белого вещества. Тут и там курились пряные сладкие благовония, обволакивая посетителей почти осязаемой завесой дурманящего расслабления и ощутимого на кончиках пальцев азарта.

Маркиза Де Помпадур, медленно проходя вдоль столов, с интересом приглядывалась к названиям, написанным на пузырьках. Остановившись взглядом на одном из кувшинов, придирчиво оглядела отражение и поправила завиток парика.

— А когда я был в Милане, я заехал в один любопытный монастырь. Знаете, туда богатые аристократы отсылали своих надоевших любовниц. Те послушно принимали монашеский постриг. Но видели бы Вы, уважаемая маркиза, этих невест господа. На дне их глаз плескалось столько греховности, что я до сих пор не понимаю как в монастырь ненароком не ударила карающая молния! — Джакомо вальяжно развалился в кресле и по-хозяйски вертел в руках высушенную обезьянью голову — надо же, как велико сходство с хозяином дома. Облачи эту мартышку в халат, любой бы перепутал.

— Да что Вы говорите!.. — не оборачиваясь, невпопад бросила маркиза, немного раздражаясь от неуёмной болтовни молодого итальянца. Её внимание привлекло что-то, стоявшее на самом углу книжной полки. Маркиза протянула руку, но тотчас ее одёрнула, услышав за спиной голос хозяина дома.

— Надеюсь, мои любезные гости не скучали. — граф Сен-Жермен –широкоплечий, невысокий, с блуждающей улыбкой на лице и острым взглядом — появился в гостиной в богатом раззолочённом восточном халате, в сопровождении Даламбера — прошу прощения за столь длительное ожидание. Мне, увы, пришлось отвлечься на некое досадное недоразумение, которое отняло у меня больше времени, чем я расчитывал. Ну что ж, сейчас прислуга поднимет вещи в ваши покои на втором этаже и можно будет немного отдохнуть с дороги. А пока мы ждём марк...

— Не надо меня ждать. Я уже прибыла сама, граф, почему-то не дождавшись Вас на перекрестке у съезда к усадьбе — Маркиза Д’Юрфе ворвалась в гостиную взбалмошным вихрем, оттерев хозяина с прохода . Она всучила Даламберу увесистый саквояж, из которого, уныло свисая, подрагивал хвост карманной собачки, и принялась по-свойски перебирать лежащие на столе аккуратной стопкой свитки. — А, Вы тоже здесь, Казанова? Как это внезапно.

Джакомо, побледнев, наклеил на лицо улыбку и немедленно оказался рядом коленопреклонённым, учтиво пересчитав поцелуями каждый громоздкий перстень на правой руке пожилой прелестницы.

— Господа, маркиза — маркиза де Помпадур кивнула поочерёдно гостям графа — если Вы не против, то я озвучу главную интригу сегодняшней встречи — просьбу Его Величества, Людовика XV, которую он требовал исполнить во время нашего собрания. Видите ли, граф, наш король хочет иметь в своей коллекции уникальную вещь, эдакое достояние нации... — из рукава был извлечен небольшой мешочек. Маркиза высыпала на стол двенадцать по-королевски больших бриллиантов. — Людовик слышал, что Вы заверяли, что можете сплавить из нескольких бриллиантов один. Пожалуйста, вот Вам материал. Как Вы понимаете сами, этот эксперимент без права на ошибку.

— Пфф! Без права на ошибку — фыркнула маркиза Д’Юрфе — вот пусть сам и сплавляет. И не указывает гениям! — маркиза Д’Юрфе бойко достала на стол ещё четыре бриллианта, немногим меньше предыдущих, подвинула их к королевской горке и с вызовом воззрилась на маркизу де Помпадур — я тоже хочу вписаться в достояние нации. И это, чтоб вы знали, далеко не главная интрига! Есть же ещё зер-ка-ло!

— Шестнадцать... — задумчиво произнёс граф, переводя отрешённый взгляд с одной маркизы на другую — число смерти... Плохие знаки преследуют меня сегодня весь день. С утра мой помощник поднял меня криками, что я пригласил в гости саму Смерть, и она обязательно явится, быть беде. И с тех пор я постоянно натыкаюсь на чёрные предзнаменования. Внезапно отсырел порох, лопнула колба с эликсиром молодости, постоянно гаснут сами по себе свечи, даже ритуальный череп обезьяны-пророка куда-то запропастился!

— Чушь какая-то — сердито фыркнул Даламбер, перехватив тявкающий саквояж понадёжнее, чтобы не сбежал.

— А Вы, граф, возьмите и проверьте прямо сейчас. Может мы распугали все эти ваши признаки своим оптимизмом — Казанова незаинтересованно плюхнулся обратно в кресло, пнув что-то ногой в сторону портьеры

— Что ж, Вы правы! Сейчас и проверим. Вот, к примеру, на сосуде с Истиной. — Сен-Жермен подцепил один из королевских бриллиантов и бросил его в высокий графин с водой, стоявший по центру стола. На глазах у всех вода заалела, превращаясь будто в кровь и закручиваясь в завораживающий вихрь — ну вот. Видите? Своими глазами же видите. Кровь, смерть... и да, я же требовал не приносить в мой дом оружие. Будьте добры, у кого оно с собой, прошу, сюда. Этот сосуд не проведёшь.

Сен-Жермен нетерпеливо постучал ладонью по столешнице.

Джакомо Казанова недовольно достал из-под полы камзола искусной работы кинжал, украшенный узорными вставками из слоновой кости, и положил на стол.

— О да, Вы требовали... Но как ехать безоружным к столь опасной личности! Вдруг Вы меня убьёте — недобрая усмешка прорезала лицо Казановы — а потом препарируете в своих опытах. Я, видите ли, не готов пока внести такой вклад в науку. И потом, если оставить алхимию, говорят, что Вы не последняя личность у розенкрейцеров. Не так ли?

— О, Джакомо! Вы так юны, что верите всему, о чём болтают. Мне тоже о вас говорили, что Вы — мыслитель. Нельзя же верить всему, что наговаривают на человека! — Маркиза Де Помпадур нежно похлопала веером итальянца по плечу и томно прикрыла глаза. Казанова с интересом оглядел королевскую фаворитку. Где-то рядом скрежетнули перстни маркизы Д’Юрфе.

Граф Сен-Жермен водрузил на стол массивный ларь, обитый серебром, открыл его, бережно упрятал туда кинжал Казановы, затем запер на ключ и ключ убрал в карман халата.

— Вот, к примеру, ещё одна моя гордость. В народе его прозвали ларец Пандоры. Он обладает удивительными свойствами. Кладешь в него одну вещь, через несколько часов вытаскиваешь какую-нибудь другую. И что достанешь — всегда загадка даже для меня — граф пожал плечами и улыбнулся Казанове

— Это оскорбление, дорогой граф! Вы только что уничтожили мой фамильный кинжал! — Джакомо пошёл красными пятнами, нервно оправив кружева на рукаве

— Успокойтесь, юноша. Откуда вы можете знать, что не обретёте нечто большее — мягко кивнул граф и приглашающе указал на лестницу на второй этаж — предлагаю всем пройти в покои и отдохнуть с дороги. А через пару часов мы продолжим в саду.

— Позвольте! — всколыхнулась маркиза Д’Юрфе, цепляясь в золотой рукав графа — граф! Вы же говорили мне, что покажете Зеркало Грядущего, в котором видно всё, что будет! Вы же обещали, что мы вместе увидим, исполнится ли моя мечта! Я же скончаюсь от горя, если Вы меня обманете, негодный! Или от любопытства... нет, от горя и мучений! Прямо здесь!!!

В подтверждение слов маркизы, саквояж в руках Даламбера решительно гавкнул.

— Я всегда держу своё слово — твердо ответил граф, дружелюбно, палец за пальцем, отцепляя от себя маркизу — в десять, на летней сцене вы увидите рождение одного великого королевского алмаза из пятнадцати меньших, после я представлю своё зеркало грядущего. И, разумеется, мы с Вами посмотрим когда исполнится Ваша мечта. Заметьте — не если, а именно когда.

— И вернёте юноше кинжал — буркнул мрачный Даламбер — хотя в любом случае, граф, я Вас разгадаю и выведу на чистую воду. Это смешно! Вы доказываете, что человек якобы может управлять природой. Хотя, на деле всё обстоит прямо наоборот. Вы спорите с основами, и за это можете жестоко поплатиться.

— Не стоит считать себя умнее природы, уважаемый Жан, не стоит. Пусть она сама разберется что она может, а чего не может. –Граф, наконец-то бережно отодравший от себя маркизу, собрал со стола бриллианты и сложил их в широкую чашу, накрыв металлической пластиной. Конструкцию поставил рядом с ларцом и разъяснил — камни должны зарядиться, уважаемые. Они должны побыть в покое. А теперь настоятельно прошу немного передохнуть. Вечер обещает быть насыщенным.

* * *
Долгое время гости и хозяин отдыхали друг от друга, приводя себя в порядок в покоях.
Ближе к представлению дом обновил свои запахи, и по коридорам разлились хвойные ароматы. Очевидно, были заменены благовония. Ровно в десять дом пробудился многоголосным перезвоном, сквозь который угадывалась какая-то заунывная мелодия и, казалось, крик совы.
Гости стали спускаться в сад, к летней сцене.

О, очевидно представление обещало быть грандиозным. Летняя сцена была занавешена тканью, на которой довольно искусно была изображена весьма фривольная сцена. На столах, справа от сцены, лежал, по всей видимости, реквизит, поражающей своей абсурдностью: чучело оленя с живыми грустными глазами, чугунный таз с тлеющими углями, соломенная кукла, приколотые к листам тропические бабочки, железные щипцы, воткнутая в вазу кочерга с алой лентой и прочие несуразные предметы.

— А-а-а, граф, так Вы, очевидно, поиздержались и решили устроить распродажу ненужного барахла? Похвально, похвально. Беру всё за 12 су! Заверните! — Казанова порхал вокруг столов в явно приподнятом настроении. Наконец он увидел занавес, там и завис, с интересом склонив голову набок.

— Хватит Вам язвить! — резко высказалась Маркиза Де Помпадур, у которой настроение, напротив, явно испортилось.

Даламбер обходил столы с реквизитом с презрением записывая что-то в книжицу.

— У меня уже всё готово. Камни зарядились и зеркало уже готово показать вам грядущее. Как только явится Маркиза Д’ Юрфе мы тотчас начнём — Граф Сен-Жермен натягивал белые перчатки у края занавеса, спокойно изучая собравшихся.

Из дома вышел бледный помощник графа, прошагал к нему и что-то с жаром зашептал на ухо. Лицо графа вытянулось.

— Как пропали!? Что за чушь! Неси чашу! Немедленно! — граф яростно стянул только что надетую перчатку и обернулся к занавесу.

В этот же момент за занавесом что-то разбилось, потом раздалось шуршание и поскуливание. Из-под ткани вылетела ошалевшая обитательница саквояжа маркизы Д’Юрфе и пулей унеслась под ближайшую лавку.
Граф раздражённо потянул за верёвку и занавес разъехался.

На сцене, среди переплетений драпировок и сеток, служащих декорациями, в кресле, спиной к зрителю сидела Маркиза Д’Юрфе.

— Что это за шутки, маркиза! — возмущённо вскинулась Маркиза Де Помпадур. Она прошла на сцену, тронула сидевшую за плечо и отшатнулась с криком. Мужчины ринулись к ней.

Маркиза Д’Юрфе замерла с блаженной счастливой улыбкой на лице, послушно сложив руки на коленях. В груди ее торчала рукоять кинжала Джакомо Казановы, а напротив стояло большое зеркало в тяжёлой раме.

— Зеркало Грядущего... — одними губами прошептал помощник Сен-Жермена.

Граф ринулся в дом, по дороге шаря в кармане халата.

Даламбер перевёл взгляд на зеркальную поверхность и дёрнулся как от пощёчины. Все обратили внимание на то, что в своенравном волшебном зеркале не отражался никто. Вообще никто. Казанова несколько раз прошагал мимо, но тщетно. Проклятое зеркало показывало отражение мёртвой маркизы с ярым упорством и одним лишь отличием от оригинала — грудь отражения не была украшена смертоносной рукоятью.
Наверх
07.11.2013, 13:22
Tulius
Администратор сайта
Автор сюжетов
Re: Жеребьевка 07.11.2013, 13:23
Врата
(Рабочее название)


Место действия. Междумирье. Некое ирреальное пространство между множеством параллельных миров. Каждый из существующих миров соединен с Междумирьем порталами. Одни порталы работают только на выход, другие - только на вход, третьи — в обоих направлениях.
В Междумирье всегда стоит туман. Все очертания предметов бледны и размыты. Часть Междумирья занята водой, часть сушей. Имеется множество островов. Порталы раскиданы по всему Междумирью в самых непредвиденных местах, без какой-либо системы. Некоторые порталы расположены на островах. Считается, что полной и точной карты Междумирья не существует.
Некий параллельный мир.

Пожилой шкипер с мрачным прозвищем Харон в последний раз сверил данные, введенные в навигатор, со старой бумажной картой. Удовлетворенно буркнув себе под нос, он вышел из капитанской рубки на палубу, где прямо на влажных досках, прижавшись друг к другу уже сидели пассажиры. Поношенная одежда, усталые лица, нехитрые пожитки — в небольших сумках и узелках. В глазах светится огонек надежды. Сколько таких искателей счастья Харон уже видел и еще не раз увидит...
— Эй, на борту! — донесся с берега молодой и звонкий голос. — В Благодать вы идете? Можно с вами?
— Мы, мы... Залезай скорее, сейчас уже отчаливаем!
Артур ловко прыгнул с покосившейся деревянной пристани на палубу не внушавшей особого доверия старой посудины и смущенно спросил шкипера:
— Капитан, что за переправу возьмешь?
— Да что с вас взять, бедолаг... — хмыкнул Харон и удалился к себе в рубку.
Глухо затарахтел двигатель, запахло гарью и отработанной соляркой. Серый дым из трубы смешался с туманом. Пристань скрылась во мгле.
Артур нашел незанятый клочок дощатой палубы и устроился между пассажирами.
— Интересно, а какая она, эта Благодать? — спросила худенькая девочка-подросток.
— Она прекрасна! — ответила розовощекая девушка, не производившая впечатление, что в ее родном мире она испытывала какие-то лишения. — Это мир всеобщей свободы, равенства, братства. Это мир, о котором мечтали все величайшие мыслители прошлого и современности....
— Э, барышня, постойте, — прервал девушку мужчина средних лет с натруженными руками и обветренным лицом. — А вы там были, раз так говорите? Хоть кто-нибудь из ваших знакомых там был? Есть в каком-либо из миров хотя бы один человек, который достоверно может сказать, как оно там, в этой Благодати?
Розовощекая девушка смутилась. Остальные пассажиры пожали плечами.
— Насколько я знаю, — вступил в разговор Артур, — портал в Благодать работает только на вход. Оттуда никто не возвращается.
— А это еще неизвестно, — отозвался из рубки шкипер. — Портал на вход работает — факт. А вот есть ли выход, никто не знает, потому что никто оттуда не выходил. Но если там так хорошо, как говорят, то какой смысл оттуда выходить вообще?
На палубе повисла тишина. Пассажиры усиленно размышляли.
— Позвольте, — вновь подала голос розовощекая, — но если вы сомневаетесь, зачем же вы едете в эту Благодать?
— А мне терять уже нечего, — ответил споривший с ней мужчина.
Пассажиры вновь замолчали. Каждый думал о чем-то своем, еще раз взвешивал принятое решение.
Долгий путь в сплошной белой пелене тумана был тоскливым и казался бесконечным. Потому разговор возобновился. Искатели счастья по очереди вспоминали свою прошлую жизнь, рассказывали о несправедливости, бедах, угнетении, голоде, царящих в их мирах. Чего только Артур ни наслушался...
Наконец на палубу вышел шкипер.
— Граждане пассажиры, мы приближаемся к зоне желтого тумана. Это самый опасный участок нашего путешествия. Видимость там не просто равна нулю. Я бы сказал, она имеет отрицательные величины. Там вы не увидите ничего дальше кончика собственного носа. А может, увидите то, чего на самом деле нет. Потому настоятельно рекомендую не покидать своих мест и не перемещаться по судну. А то, если за борт вывалитесь, вас уже никто не спасет.

***
Когда судно вышло из желтого тумана, Артур сразу заметил, что все сидят не на тех местах, где сидели прежде.
— Где, черт возьми, моя карта?! — донеслась из рубки ругань капитана. — Дьявол! Навигатор...

***
Артур ощутил под ногами твердую почву. Влажная галька на берегу, следы проходивших прежде по острову ног. Впереди в голубоватом тумане мерцает синим огнем полукольцо прижатого к земле портала. Вот они, врата в Благодать. Искатели счастья с трепетом в сердце устремились вперед.
Сквозь тонкую пленку границы реальностей уже виднелись пестрые райские кущи. Артур, не раздумывая, сделал шаг вперед.

По ту сторону портала путников встречали яркие баннеры и рекламные щиты. Дорога, по которой они шли, в своем начале абсолютно гладкая, постепенно становилась все хуже: сперва появились трещины, затем воронки от взрывов. По обеим сторонам тракта выросли смотровые вышки и ряды колючей проволоки. Наконец путь искателям счастья преградили несколько амбалов в форме и с дубинками в руках.
— А вот и новенькие прибыли...
Наверх
07.11.2013, 13:23
Tulius
Администратор сайта
Автор сюжетов
Re: Жеребьевка 07.11.2013, 13:24
Наваждение

— Тур! Возьми свой самый острый нож и вырежи мне сердце… Потому что я люблю твою жену!
Тур, косматый широкоплечий кузнец,берёт огромный нож и подходит к Танакаю. Он рвёт на его груди рубаху и вонзает в грудь лезвие… Танакай медленно падает на землю, а в руках у Тура бьётся ещё живое горячее сердце…
— Неет! — Айка проснулась.
— Что ты, что ты? — прибежала испуганная бабушка, засуетилась возле внучки.
— Сердце… Тур вырезал у Танакая сердце…
— Тьфу ты! А ну, бегом во двор! Воде всё расскажи, не дай Боги сбудется ещё… Праздник скоро.

***
— Я видел! Она упала, правда упала!— Танакай возбужденно размахивал руками, — Звезда! Я и место заприметил — прямо возле озера. На рассвете пойду туда.
— А если это была манья*? И будешь ты всю жизнь маяться, — Викар поворошил палкой угли и хитро прищурился.
— А если звезда, то получу всё, что хочу, — упрямо ответил Танакай.

***
Праздник Большого Урожая все жители деревни ждали с нетерпением. И Айка ждала его больше всех. Последнее время они с Танакаем совсем не виделись, а на празднике соберётся вся деревня. Все будут веселиться: девушки будут плести венки, а парни срывать яркие ленточки с волос красавиц. Айка тоже вплетёт в косу ленту — только не сильно… если Танакай развяжет её, то может просить Айку в жёны. В кухне раздался какой-то шорох. Айка высунула нос:
— Ты почему не спишь, бабушка?
— Да ходит вроде кто-то во дворе, -старуха накинула на себя платок и зажгла свечку.
— Ты на улицу? Не надо, не ходи! — Айка вдруг чего-то испугалась.
— Да что с тобой, Айка? Опять приснилось чего?
— Нет! Просто не ходи…

***
Столы ломились от всевозможных яств, хмельной мёд лился рекой — праздник Большого Урожая удался на славу! Отовсюду слышался задорный смех, шутки или мелодичное девичье пение. Айка искала взглядом Танакая — ну где же он? Уже вся деревня собралась, наверное…
— Айка! — это была Сола, — бежим скорее! Там.. там…
Сола не договорила — схватила растерявшуюся Айку за руку и куда-то потащила.

***
— Тур! Возьми свой самый острый нож и вырежи мне сердце… Потому что я люблю твою жену!
Айка зажмурилась. Этого просто не может быть — наверное, это снова сон.
Танакай стоял напротив огромного Тура, крепко сжимая что-то в руке. Вокруг уже собралось много народу: все с интересом наблюдали за происходящим. Кузнец усмехнулся:
— Ты перебрал хмельного мёда,Танакай?

Танакай и вправду выглядел странно: затуманенный взгляд, одежда рваная. Он медленно разжал кулак, и все ахнули: в руке Танакая развевалась лента… из волос Верии — жены кузнеца. Сомнений быть не могло — это была именно её лента, только Верия носила чёрную.
Тур нахмурился. Сама Верия не сводила с Танакая глаз. В толпе пробежал шепоток: колдовство, колдовство… Пропал парень…
Тур шумно выдохнул и произнёс:
— Ну хорошо… если ты принесёшь мне голову Чёрного Вепря, я отдам тебе Верию.
Айка замерла… Чёрный Вепрь наводил ужас на деревню вот уже не одно десятилетие, и убить его не удавалось никому. Каждый, кто выходил против Вепря с оружием — погибал. Только лишь Покинутый вернулся живым, но никогда не рассказывал, что с ним случилось. Он переселился на самую окраину деревни, ближе к лесу, сделался совсем чудным и перестал общаться с остальными жителями. Да и они его сторонились. Может быть, за это его и прозвали Покинутым?

***
— Тур! Возьми свой самый острый нож и вырежи мне сердце…
Айка вздрогнула и открыла глаза. Кто это сказал?! Кто? Она отчетливо слышала голос, но это был не голос Танакая — это был женский голос. В доме было уже светло. Айка быстро оделась и выскочила за дверь.

— Танакая задрал Вепрь! Танакая задрал Вепрь! — мимо пробежал какой-то мальчишка. Айка побледнела.

… Танакая нашёл Покинутый рядом со своим домом. Грудь юноши была разорвана: кто-то вырвал у него сердце…

*манья — в славянских суевериях призрак, нечистый дух, в виде падающей звезды. Манья, как и ман — «мерещущееся»,
«манящее» существо, соотносимое с нечистым духом, призраком.

Персонажи:
Айка — подружка Танакая
Тур — здоровый кузнец. В деревне говорят, что Тур колдун.
Верия — жена кузнеца, немногим старше Айки
Покинутый — единственный, кто видел Вепря

Другие жители деревни(а может, и не только они)

(Все имена, названия, проф.принадлежность героев — всё можно изменить)
Наверх
07.11.2013, 13:24
Найден баг?