Ведущий
Общее доверие: 100%
Денис Давыдов 31.12.2010, 07:22
Дела у русской армии шли плохо. Война с Наполеоном шла на территории России, и многие винили в том императора Михаила II, правителя слабого и непоследовательного. И только благодаря самоотверженности солдат и таланту полководцев, армия не сдавалась, хотя все время отступала к Москве. Именно тогда по разрешению Багратиона было создано партизанское движение, которое возглавил Денис Давыдов. Ему, правда, пришлось отпустить бороду и надеть мужицкий кафтан, чтобы свои соотечественники-крестьяне не путали его с французом, но это были мелочи. К тому же борода отлично спасала во время холодов.
В тот день к партизанской армии Давыдова присоединился еще один крестьянский отряд, а значит, сил стало больше, и при удачном стечении обстоятельств (чем черт не шутит!) можно было бы даже изловчиться и поймать самого Наполеона. Денис Давыдов предавался этим сладким мечтам во время краткой остановки на отдых, когда совсем рядом раздался топот копыт, ржанье и свист. Будто ниоткуда в расположение партизан влетели три повозки с полутора десятками вооруженных мужиков, хотя и в несколько необычном наряде. “И как это выставленный пост наблюдателей на дороге пропустил такую шумную компанию? Надо устроить им нагоняй!” — подумал Денис.
— Эй! Мужики! Вам помощь требуется?! — крикнул предводитель отряда, поигрывая странного вида пистолетом. — Мы вам винтовки привезли, патроны и аж пять “максимов”. Кого мочить надо? Мы замочим!
— Слышь, Нестор! — сказал другой мужик в более традиционном наряде. — Не мои это ребята!
— Что ты гонишь, Емеля! Вижу, мужики наши, свои! Счас разберемся!

Давыдов даже оторопел от такого боевого натиска, однако вида не показал.
— Здорово, мужики! — по-крестьянски поприветствовал он прибывших бойцов. Покажите мне оружие. Не видел никогда такого. А мочить... мочить сами знаете кого — врагов наших, супостатов!
— Ясно дело, что врагов! А оружие смотри.
Уже первый осмотр ружей и странной машинки под красноречивым названием “пулемет” привел Давыдова и его сподвижников в полный восторг. Такого он не видел никогда и даже вообразить себе не мог. Да с таким вот “пулеметом” под Бородино можно было сразу всю французскую армию покрошить! И где тогда были эти мужики?
Однако проверить надо было их и в деле.
— Слушайте! Донесли мне, что обоз вражеский должен в нескольких верстах отсюда должен пройти. Вроде как везут добро награбленное. Отбить бы надо!
— О-о-о!!! — одобрительно закричали прибывшие бойцы. — Говори, где и когда, и обоз наш!
Долгих сборов прибывшему отряду не потребовалось. Они моментально тронулись с места и отправились в ту сторону, куда им показал Давыдов. Вот что значит доблесть и готовность Отечество защищать!
Давыдов огляделся и увидел еще одного незнакомого человека.
— Я бедный австрийский живописец, — сообщил он. — Меня зовут Адольф Гитлер. Я могу побыть у вас, пока они там воюют?

Прошло еще полчаса, и в расположение отряда Давыдова, также почему-то незаметно для расставленных наблюдателей, прибыли новые визитеры. И тут Давыдов был удивлен еще больше. Молодой корнет-кавалерист, представившийся Александром Соколовым, привел на веревке двоих связанных пленных: молодую полураздетую девицу, завернутую в какой-то шерстяной платок, и... императора Наполеона Бонапарта.

— Отпустите нас! — возмущалась пленная девица. — Он не тот Наполеон, который вам нужен. Другого ищите!
Но эти слова только вызывали всеобщий смех. И только австрийский художник почему-то взялся защищать пленников.
И тут в расположение лагеря партизан вошли два главаря нового вооруженного отряда.
— Эй, парни! Подъем! Батька Махно пришел! — победно закричал один из них. — Мы там с ребятами тысячи две солдат уложили из пулемета, обоз поделили. Только вот беда, патроны кончились. Нам бы снова за ними съездить! Ребята отдыхают, дай пару своих бойцов.
Давыдов, уже уставший за сегодняшний день удивляться, рявкнул на не слишком вежливого атамана:
— Сам с вами съезжу, сам посмотрю, где вы такое диковинное оружие добываете.
— И нас возьмите! — попросила девица. — Это недалеко, в лесу! Пожалуйста!
— Поехали! Мне все равно вас в штаб отвозить! Корнет, проводишь пленных! — распорядился Давыдов.
— Я тоже с вами! — сообщил художник.

Через полчаса семь человек стояли посреди леса и переглядывались. В воздухе висела большая дыра, разбрасывавшая искры, сверкающая и манящая своим водоворотом.
— Ну, чего встали? Вперед! — скомандовал батька Махно и сам первым вступил в портал.

Через несколько секунд все оказались в другой местности. Леса больше не было, зато стояли какие-то дома необычной конструкции, а между ними разбит куцый сад. Из ближайшего дома вышел молодой поручик и, представился Дмитрием Ржевским. За его спиной стояла молодая девица в шароварах. Именно она первой и заметила плененного Наполеона и его спутницу.

— Ах ты, мерзавец! Попался! Зря я тебя не проткнул. Сейчас я с тобой рассчитаюсь!
Наполеон ответить на дерзкие слова не мог из-за кляпа во рту, но очень хотел.
— Наполеона изловил я! — взорвался корнет Соколов. — Он мой пленный! Я никому не позволю его протыкать!
Между офицерами завязалась словесная перепалка, готовая перерасти в драку. Махно и Пугачев не вмешивались, но Давыдов попытался их разнять. В результате он получил сразу двух противников.
Пока офицеры фехтовали, никто и не заметил, как из повозки пропала пленная девица и куда-то исчезли художник и спутница Ржевского. И их начали искать.
Наверх
31.12.2010, 07:22