Вольная воля

 


 

     В одном небольшом итальянском городке N, круглый год согреваемом палящим солнцем, кипят не менее жаркие нешуточные страсти. Пока одни режут вены от несчастной любви, другие, наоборот, сбегают в омут страсти и приключений. Третьи же вообще поливают всех водой и бьют о неугодных посуду. Но в целом никто не стоит на месте.

     А недавно случилась трагедия вселенского, по меркам городка, масштаба. От непродолжительной болезни скончался Дон Антонио Гвальтерио. Он был уважаемым человеком, имел большой уютный дом в самом центре города и небольшой бизнес. Поговаривали, будто у него были какие-то дела с мафией, но доказательств тому нет. Поэтому предлагаем считать, что всё это злые языки, — длинные и болтливые, как у местных кумушек.

     Единственное, что доподлинно известно, — Дон Антонио имел большую и любящую его семью (каждым её членом, правда, по-своему и по своим соображениям). Поэтому, почувствовав приближение последнего дня, и окончательно сдавшись напору любопытствующих родственников, он решил распорядиться своим имуществом в пользу своих самых родных и близких во избежание смертоубийственных страстей между ними.

     Для чего, за пару недель до кончины, он и позвал к себе нотариуса и составил с ним завещание. После соблюдения необходимых процедур, нотариус ушёл, а в кабинет Дона один за другим стали заходить родственники и ненавязчиво расспрашивать его о произошедшем, грядущем и, конечно же, о содержании завещания. Не выдержав третьего по счету посетителя, Антонио поспешил рассказать сыновьям, их жёнам, дочери, жене, внучке, охраннику и служанке — что ж всем и каждому конкретно причитается в случае его смерти. Удовлетворив столь насущное любопытство, граждане разбрелись по дому и занялись привычными вещами.

     Так, Донна Джулия отвлекала мужа и воспитывала горничную, кидаясь с лестницы туфлями, обязательно получая в ответ залп из пирожков, слёз и истерик. Мария, как обычно, корпела над работой, тогда как её благоверный рисовал углём очередной свой шедевр, прилежно протирая кресло. Бернардо всё так же ждал Амалию, которая, по своему обыкновению, чрезмерно долго крутилась перед зеркалом, собираясь за покупками в ближайший супермаркет. Джузеппе прилежно готовился к очередным свиданиям, Франческа листала модный журнал, делая пометки на полях, Давидо взирал на это с высоты своего роста, никаким мускулом не выдавая своё отношение к происходящему. А Дезире была везде одновременно, украшая дом на свой вкус с помощью кетчупа, мелков и чужих помад. Словом, жизнь текла своим чередом.

     …И вот, Дон Антонио отправился к праотцам, оставив сюрприз для своей исключительно нормальной семейки. Конкретную причину своего поступка Дон унес в могилу, но накануне своей смерти он неожиданно собрал всех страждущих родственников и сообщил, что у него в сейфе лежит новое завещание, согласно которому, его имущество делится между детьми и женой поровну, а все остальные ценности, пылящиеся в кладовой, на чердаке или хранящиеся в банковской ячейке, распределяются самостоятельно желающими в меру их аппетитов.

     Не успев оправиться от всего этого, семья закрутилась в рутине похорон и прочей суете.

     ...Прошёл месяц.

     Когда все дела были сделаны, когда пришло время возвращаться к прежней жизни и открывать завещание, в их дом пришёл нотариус. Все собрались в кабинете. Под невыносимый звук давящей тишины, Донна Джулия открыла сейф и вытащила на свет…

Амалия

Жена Бернардо. Столичная штучка. Познакомилась с мужем во время экскурсии в центре нашего города. Всегда с идеальными ногтями, причёской и макияжем. Буквально в любое время суток. Этим и приглянулась Бернардо. Наверняка. Несколько легкомысленна. Но в силу возраста и красоты ей это прощается.

Бернардо

Самый младший. В силу этого всегда пытался доказать свою значимость - хорошей учёбой, спортивными победами, изучением языков. В последние годы помогал отцу с делами. Вдохнул, так сказать, новую жизнь. Существенно отличается от своих братьев. Женат на Амалии.

Давидо

Телохранитель усопшего. Эдакий мамонт среди слонят, похожий на остальных лишь издалека. Меткий, ловкий, сильный. Знаток восточных единоборств, обладатель чёрных поясов, наград, кубков, титулов и ещё чего-то. При всём при этом спокоен, словно танк, на который, кстати сказать, сильно смахивает - как в неподвижном состоянии, так и при ликвидации проблемы. Так же прямолинеен.

Дезире

Совсем юная особа 7 лет, находящаяся и нигде и везде, в зависимости от ситуации. Во всяком случае, её милый голос с сакраментальным :"А что это вы тут делаете?", звучит всегда в самый неподходящий момент! Дочь Филиппе и Марии.

Джузеппе

Средний сын. Любимец женщин. Харизматичен, обаятелен, вежлив, красив. Можно долго перечислять достоинства этого мужчины. Но недостаток у него только один – он очень ветреный. Наверное, именно по этой причине до сих пор не женат.

Донна Джулия

Вдова. При всех заботах о доме, муже и детях назвать Джулию наседкой никто не возьмётся. С её хваткой она легко могла бы держать дом одна, но в городке этого бы не поняли. Поэтому пришлось взять горничную, которая постоянно под её прицелом - при уборке, готовке, стирке и глажке. Обожает давать советы и контролировать их выполнение. Иногда проявляет мудрость и терпение. Но крайне редко.

Мария

Жена Филиппе. Не по-итальянски спокойная и уравновешенная женщина. Занимается высоким искусствоведением в местном музее. Наверное, поэтому она без особого труда пригрела на своей груди непризнанный талант Филиппе. Окружающие могут разглядеть - насколько муж ценит и уважает её спустя столько лет.

Моника

Горничная. Какая она должна быть? Скромная, исполнительная и незаметная? Нууу это всё не про неё. По манере одеваться Моника не отличается от Коломбины – чёрно-белая униформа надёжно припрятана в антресолях. По языкастости и умению убеждать заткнёт за пояс хозяйку и всех торговцев в округе. А уж про её талант выцарапывать себе прибавку к жалованию среди прислуги ходят легенды.

Филиппе

Старшенький. С детства имел привычку получать при раздаче первым кусок пирога. Страшно недоумевает, когда кто-то думает по-другому. Воспринимает действительность с точки зрения творца нетленных шедевров, пылящихся в кладовой. То есть возвышенно и ранимо. Женат на Марии - женщине, не побоявшейся разогнать мифические толпы влюблённых поклонниц.

Франческа

Папина дочка. Любимица. Семейная принцесса. Куклы, мишки, яркие машины, лучшие парни – всё это всегда было у её ног. И только врождённая упёртость разбавляет розовый ореол и позволяет относиться к ней серьёзно.

Найден баг?